fatal_exception (htp) wrote,
fatal_exception
htp

  • Music:

Драма “Last Days” / «Последние дни»  (by Gus Van Sant, 2005)


It`s a long lonely journey from death to birth...



  Идея этого фильма появилась у Ван Сента еще 10 лет назад. Изначально он хотел снять biopic о Курте Кобейне. Подробный и правдивый. Он обсуждал свой проект с участниками «Nirvana», с Кортни Лав, но в итоге понял, что мир еще не готов увидеть всю правду о Курте, слишком много боли она принесет вдове Курта и его поклонникам. Итогом всего этого стали “Last Days” – трибьют легендарному музыканту.

  Талантливый музыкант Блэйк (Майкл Питт) записывает со своей командой альбом, который буквально взрывает чарты. Тотчас на них обрушивается лихорадка популярности – хваткие продюсеры, агрессивные рекорд-лейблы, фальшивые друзья и преданные поклонники. Блэйк этого не выдерживает и с первых кадров фильма мы видим его где-то за городом – в красных тренировочных штанах и мятой футболке он бредет по лесу, бормоча под нос невнятный бред, купается в реке, отливает туда, греется у костра, возвращается домой, переодевается в женское платье, готовит себе cornflakes с молоком, берет лопату и идет копать что-то в саду, падает в грязь, поднимается и т.д... Камера в неизменной вансентовской манере следует за героем, глядя ему в затылок, порой срываясь на общие планы, застывая в них на несколько минут. Лицо Блэйка мы увидим только ближе к концу – но увидим крупным планом в течении нескольких минут, сможем понять и почувствовать этого человека так, что холодок пробежит по спине.

  Следить за Блэйком непросто. Уже через несколько минут его бесцельного мотания внимание как будто отключается, начинает клонить в сон. Ван Сент мастерски натягивает струну неопределенности, доводя зрителя до состояние полусна-полубреда. Все прекращается, когда мы видим в Блэйке музыканта. Отдаленно-абстрагированный план на дом с окном, в котором Блэйк выводит фантастические партии на ударных или кульминационная сцена с гитарой, в которой Блэйк поет “It's a long lonely journey from death to birth”. От этой сцены глаза наполняются слезами - так жалко этого несчастного человека, до безумия талантливого и до боли обреченного.

  Диалоги в фильме, как и сюжет, сведены к минимуму. В доме Блэйка живут какие-то люди, которых сам Блэйк просто не замечает. Вся связь с внешним миром выражается в звонках продюсеров и зомбированных посетителях (два брата-близнеца, зашедшие рассказать о «Церкви Христа Святых последних дней», или неустанно повторяющий «Right? OK.» чернокожий толстяк, представляющий «Желтые страницы»). Блэйк не вписывается в понятие Жизнь - его тело по инерции повторяет какие-то привычные операции, в то время как душа уже фактически мертва, но при этом и сама Жизнь показана скучно и удручающе-мерзко, так что «цепляться» за нее нет никакого желания.

  Начинается фильм без музыки - мы неестественно громко слышим шум падающей воды или горящего костра. Но к середине фильма композиции Velvet Underground, Lukas Haas, The Hermitt начинают звучать и вводят зрителя в своеобразный пост-роковый транс. Интересно отметить, что песни, исполняемые Блэйком, самолично написаны и сыграны самим Майклом Питтом – причем сыграны так, что мороз по коже пробегает. Вообще он сыграл просто потрясающе – сложно было представить, что этот мальчик с пухлыми губами из «Мечтателей» сможет так вжиться в эту роль, так явственно передать мимику, жесты Курта – внешне они практически неразличимы. И так выложиться, передавая его внутренний мир – “мир шекспировского Гамлета со своими демонами и приведениями”.

  Хочется отметить актерскую игру Азии Ардженто, судя по всему, бывшей девушки Блэйка. Мы видим ее глазами Блэйка то в одной постели с каким-то мальчиком-волосатиком, то гуляющей по дому в одной футболке, шокируя зрителя особенностями своей фигуры. Она как тень прошлого идет следом за Блэйком и сцена, когда она открывает дверь и видит лежащего там Блэйка, погруженного в свои дремы, будоражимые вызывающе яркими r&b/hip-hop клипами, которые показывает TV, открывает, смотрит... и закрывает - одна из самых трогательных в фильме. 


  Последние три фильма Ван Сента являются частями одной трилогии – трилогии о крайней изоляции. «Джерри» повествует о физической изоляции, «Слон» показывает изоляцию в обществе, а «Последние дни» отражают изоляцию внутреннюю, ментальную. Можно до бесконечности спорить об оправданности режиссерских приемов Ван Сента (его последние работы безумно напоминают фильмы Сокурова – и не зря, Ван Сент признался, что знаком с его творчеством и оно очень близко к нему по духу) при отражении тех социальных проблем, что он ставит, но факт остается фактом – Ван Сент снимает глубокие и непростые фильмы, которые обязательно найдут своего зрителя.
Tags: movies
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments